Новый участник клуба
Приветствуем ИП Богдан Наталью Александровну (ИНН 562302322881) в клубе истцов с нулевой социальной ответственностью.
Вдумайтесь: почти 50 исковых заявлений возвращены за 1 неделю из-за неуплаты государственной пошлины. В нескольких случаях суды отдельно отказали в предоставлении отсрочки, не усмотрев для неё предусмотренных оснований.
«Смарт» – с историями про поддельные платёжки, «Восьмая заповедь», «Пейзаж» – и теперь новый участник рейтинга желающих покататься за чужой счёт, и сразу в лидерах. ИП Богдан уже демонстрирует впечатляющую серийность. Мы, разумеется, будем наблюдать за её практикой и включать наиболее показательные дела в обзоры ivebs.
Порадуемся за судебный скоринг Фортуны Технолоджис: ещё несколько дел в 146% их побед
Но есть нюанс. Оценим стратегию и заботу об авторах в визуально простой таблице:
| Дело | Требование → после корректировки | Компенсация | Итог представителя (сумма, выплаченная Copydefend «нанятому» юристу) | Возмещение юр.расходов | Итог автора: по договору с Copydefend → фактически | Итог для Фортуны |
|---|---|---|---|---|---|---|
| А56-71806/2026 | 36 621 → 10 000 ₽ | 10 000 ₽ | 25 250 ₽ | 7 500 ₽ | 9 100 → 900 ₽ | −4 750 ₽ |
| А56-71820/2026 | 36 621 → 10 000 ₽ | 10 000 ₽ | 18 375 ₽ | 7 500 ₽ | 9 100 → 900 ₽ | −875 ₽ |
| А56-71830/2026 | 43 945 → 10 000 ₽ | 10 000 ₽ | 25 250 ₽ | 5 000 ₽ | 11 000 → 900 ₽ | −7 250 ₽ |
| А40-140393/2026 | 29 297 → 10 000 ₽ | 10 000 ₽ | 18 375 ₽ | 5 190 ₽ | 7 342 → 900 ₽ | −3 185 ₽ |
| А73-10258/2026 | 32 958 → 30 762 ₽ | 10 000 ₽ | 18 375 ₽ | 5 973 ₽ | 8 200 → 900 ₽ | −9 151 ₽ |
| Итого | 105 625 ₽ | −25 211 ₽ |
Что мы видим?
Copydefend придерживаются своего кредо «Возвращаем ценность работ автора», не дожидаясь решения суда, самостоятельно снижая суммы требований более чем в 3–4 раза. Столбец «Итог для автора» говорит сам за себя. 🤡
А вот истинный бенефициар всегда в недостижимом плюсе – юрист. Он заработал 105 625 ₽ в пяти делах.
Сама Фортуна Технолоджис не только не заработала, но и ушла в минус на 25 211 ₽. 🤡
То есть имеем любопытную картину: судебные дела выиграны, компенсация взыскана, представитель заработал – а экономический результат самого истца отрицательный.
Очень необычная для коммерческой модели ситуация.
Создаётся впечатление, что упускается какой-то важный нюанс.
И здесь особенно интересно разобраться, почему первоначально заявляются суммы в три-четыре раза выше тех, на которых в итоге настаивают в суде.
«Жест доброй воли» и судебная практика
Юристы, сотрудничающие с ivebs, поделились объяснением нанятого Фортуной Технолоджис представителя гр-на Сейитмедова на вопрос судьи о причинах «резкого снижения исковых требований» (цитата судьи).
Судья отметил, что ранее «массовый истец проявлял жест доброй воли, но теперь формулировка стала иной». (также цитата),
Представитель истца попытался объяснить это тем, что причины снижения: устранение нарушения и некая «судебная практика по конкретному правообладателю».
«У меня стоит пометка о том, что нарушение было устранено», – отметил представитель истца.
Обратим внимание на два важных момента:
Во-первых, в большинстве подобных споров к моменту судебного рассмотрения спорное изображение уже удалено. Кроме того, само по себе наличие такой «пометки» в системе не объясняет, почему первоначальное требование составляло условные 30–40 тысяч ₽, а в суде превращается в 10 тысяч.
Во-вторых, ссылка на «судебную практику по конкретному правообладателю» выглядит довольно не убедительно: судебная практика не меняется между претензией и иском за несколько недель.
Если же действительно сформировался устойчивый подход судов к таким требованиям и истец уже знает, что после устранения нарушения разумным размером является 10 000 ₽, возникает вполне закономерный вопрос:
почему тогда именно эта сумма не заявляется изначально?
В отсутствие внятных объяснений становится похоже на то, что ответ находится как раз в графе «Итог представителя».
Павел Шугалей: отказ в СИП
В деле А42-7398/2025 крымский серийник дошёл до Суда по интеллектуальным правам, пытаясь оспорить вывод нижестоящих судов о том, что ответчик не являлся владельцем или администратором группы VK.
Суды установили: спорная публикация появилась 18.04.2022, тогда как ответчик зарегистрировался в качестве ИП только 21.03.2024.
При этом ИНН ответчика появился в группе лишь в мае 2025 года – уже для придания сообществу статуса бизнес-сообщества.
Вывод судов оказался достаточно очевидным: размещение собственного ИНН в группе спустя годы не доказывает, что именно это лицо контролировало размещённый ранее контент.
СИП с этими выводами согласился.
В деле А40-145481/2026 тот же истец вновь столкнулся с вопросом расчёта предполагаемой упущенной выгоды.
Суд отказал истцу в удовлетворении иска, указав на отсутствие доказательств того, что тот вообще предпринимал меры для получения лицензионного вознаграждения – например, предлагал ответчику заключить лицензионный договор.
А ссылки на договоры по другим произведениям того же автора не позволяют определить стоимость права использования именно спорной фотографии: каждое произведение является самостоятельным объектом авторского права, а его стоимость зависит от конкретных обстоятельств.
Верховный суд уже закрепил этот подход ранее.
Ю1. Смена стратегии
Похоже, директор Ю1 Александр Самойлов прошёл стадию отрицания.
По сообщениям участников ivebs, в новых претензиях Ю1 теперь всё чаще использует для расчёта компенсации… коэффициенты.
Метод, как все помнят, универсальный: если невозможно убедительно обосновать стоимость фотографии, можно попробовать умножить что-нибудь на что-нибудь.
Проблема только в том, что суды уже неоднократно критически относились к подобным расчётам.
Посмотрим, к чему это приведёт.
ivebs готовит большой разбор практики использования коэффициентов. А пока напомним: суды многократно указывали на необоснованность подхода с расчётами коэффициентами. Надеемся, что с лёгкой руки Александра Самойлова дела, в которых суды игнорирую системы коэффициентов, дойдут до Верховного суда, который укажет на их реальную цель – необоснованную попытку завысить размер компенсации, как это было, например, в деле А66-16142/2023 от Copydefend, цитата из решения:
Действия истца по применению необоснованных коэффициентов к критериям в обоснование грубости и тяжести нарушения, по мнению суда, направлены на искусственное увеличение заявленной суммы компенсации, при этом не являются правовым и достоверным обоснованием необходимости взыскания компенсации в заявленной сумме.
Восьмая заповедь и «некая комиссия»
В деле А56-48657/2026 «Восьмая заповедь» пыталась взыскать 52 734 ₽ за фотографию.
Фрагмент решения, который хочется процитировать полностью:
Оценив материалы дела, суд первой инстанции признал, что в материалы дела не представлены доказательства, свидетельствующие о дате создания произведения. Представленная истцом скан-копия протокола осмотра доказательств, составленного не нотариусом, а некой комиссией в составе физических лиц, дату создания произведения в свойствах файла не фиксирует. К такому осмотру суд относится критически, как к доказательству, которое не соответствует критерию безусловной достоверности. Также не представлены какие-либо доказательства публикации от имени автора защищаемого произведения, нотариальный протокол осмотра доказательств с осмотром свойства файла, содержащего информацию об авторском праве в соответствии со статьёй 1300 ГК РФ, не представлен.
Иными словами, назвать группу людей «комиссией» ещё недостаточно, чтобы автоматически превратить их осмотр в достоверное доказательство авторства и даты создания произведения.
Не может не радовать адекватный разбор некоторых судов, которые помнят:
Институт защиты авторских прав, который планомерно разрушается серийными истцами, задумывался как приведение равновесия между нарушением прав и их восстановлением.
А не для того, чтобы фототролли набивали свои карманы деньгами предпринимателей.
Подытожим
Во всех этих историях есть общая проблема.
Авторское право создавалось не как механизм гарантированного извлечения денег из любого обнаруженного изображения.
Его задача – восстановить нарушенное право и обеспечить справедливое соотношение между нарушением и последствиями для нарушителя.
Но мы наблюдаем:
- попытки ряда серийных истцов запускать судопроизводства за счет государства;
- первоначальные требования, которые затем резко уменьшаются;
- расчёты на основании других произведений;
- придуманные коэффициенты;
- попытки установить авторство на основании сомнительных доказательств;
- значительные расходы на представителей при сравнительно небольшой компенсации, когда истинным выгодополучателем является тот, кто вообще не причастен к нарушению;
и сам собой напрашивается вывод: защита авторского права в том виде, в котором она реализуется этими лицами, давно себя исчерпала. Под её предлогом работает отлаженная коммерческая модель профессиональных взыскателей, обладающих колоссальным процессуальным преимуществом и откровенно насмехающимися не только над ответчиками, но и над всей судебной системой.
Продолжаем наблюдать за клубом истцов с нулевой социальной ответственностью.
