Когда-то сама постановка вопроса об авторстве была очевидной: если человек заявляет, что является автором произведения и на этом основании требует с другого лица деньги – причем нередко немалые, – его позиция должна опираться не только на собственное заявление, но и на доказательства.
Сегодня ситуация иная.
Постановление Пленума Верховного Суда РФ от 23.04.2019 № 10 закрепило презумпцию авторства лица, указанного на оригинале или экземпляре произведения. При этом Пленум отдельно указал: если авторство оспаривается и представлены соответствующие доказательства, суду может потребоваться исследование иных доказательств. В отношении фотографии Пленум прямо назвал одним из возможных доказательств необработанную фотографию.
И вот здесь начинается самое интересное.
Проблема не в самой презумпции. Проблема начинается тогда, когда презумпция превращается в удобную замену доказательствам.
Именно в этой точке за последние годы сформировалась благоприятная среда для целой индустрии массовых претензий к предпринимателям. Схема становится до смешного простой:
Я – автор. Вот ссылка на фотосток. Вот номера выигранных дела. Платите.
Ответ, пожалуй, очевиден.
Акт 1. Когда ссылка должна заменить правовую связь
В деле № А07-35789/2025 ООО «Фортуна Технолоджис» предъявило предпринимателю требования в связи с якобы незаконным использованием изображения, автором которого, по версии истца, является Толмачев Сергей Анатольевич.
Что было представлено в качестве основания авторства?
Ссылка на Shutterstock и аккаунт FabrikaSimf, зарегистрированный в Турции.
При этом в описании аккаунта фигурирует ссылка на профиль VK hypeboy, который ведёт на пользователя Sergey Tolmachev из Симферополя.
То есть цепочка примерно следующая:
аккаунт на фотостоке → Турция → ссылка на VK → юзер с похожим именем → Россия → автор спорной фотографии.
Разумеется, это еще не означает, что такая связь невозможна.
Но она, как минимум, нуждается в доказательстве.
Именно поэтому представитель ответчика Андрей Королев из «Практики для практиков» обратил внимание суда сразу на несколько обстоятельств:
- Ответчик являлся законным приобретателем лицензии.
То есть перед судом находился не классический сюжет «нашел и скачал картинку в интернете», а обстоятельства приобретения изображения через легальный фотосток. - Возник вопрос о применении Указа Президента РФ № 322.
Shutterstock находится в юрисдикции враждебного государства и для взаимодействия с таким сервисом гражданин обязан открыть специальный счет. Парадоксально: правообладатель требует деньги через суд, но при этом не делает того, что позволяет эти деньги законно получить, – не открывает специальный счет типа «О» и не предоставляет его реквизиты.
Если деньги нужны – почему не создана возможность их принять? - Спорное изображение обнаруживалось на другом интернет-ресурсе существенно раньше даты его публикации на фотостоке.
А это уже обстоятельство, которое напрямую влияет на вопрос о происхождении изображения и достоверности заявленной истцом истории его появления. - Возник обоснованный вопрос о правовой связи между FabrikaSimf и Толмачевым Сергеем Анатольевичем.
И вот здесь возникает совершенно естественный вопрос:
каким образом аккаунт FabrikaSimf доказывает, что автором фотографии является конкретно Толмачев Сергей Анатольевич (ИНН: 910211882899)?
Одной ссылки на профиль недостаточно, если сама эта связь оспаривается и ответчик представляет обстоятельства, ставящие ее под сомнение.
Юридическая связь между лицами от этого не возникает.
Представим обычную сделку с автомобилем
В документах собственником указан один человек. Вместо его ФИО нам предлагают ссылку на аккаунт в социальной сети, где обнаруживается человек с похожим именем. А когда возникает закономерный вопрос о документах на автомобиль, нам отвечают: «Но ведь вот же ссылка на аккаунт».
Абсурдность такой конструкции очевидна. Ссылка на профиль в соцсети не заменяет документы, подтверждающие право собственности.
С авторством фотографии ситуация ничем принципиально не отличается.
Разрозненные аккаунты, похожие имена, разные страны и ссылки, ведущие одна на другую, сами по себе не создают доказанной правовой связи между конкретным человеком и конкретным произведением. Ссылка на фотосток может подтвердить существование публикации на фотостоке. Но она не должна магическим образом превращаться в документ, подтверждающий авторство конкретного лица.
В рассматриваемой ситуации таким документом – точнее, одним из ключевых технических доказательств происхождения фотографии – как раз и должен был стать исходный файл.
И здесь начинается самое показательное.
Стоит ответчику указать на эти очевидные пробелы и попросить подтвердить заявленную связь документально, как вместо ответа по существу нередко появляется возмущение: «С нас требуют слишком многого!»
Нет. Никто не требует слишком многого.
Предлагается лишь подтвердить то, на основании чего с другого человека требуют деньги.
Это не завышенные требования к истцу. Это минимальное требование к доказательствам.
И попытка представить саму необходимость доказать собственные утверждения как «чрезмерное бремя» – один из характерных приемов, который особенно удобно использовать там, где доказательственная база и без того выглядит не слишком убедительно. И это действительно излюбленная практика фототроллей.
Акт 2. Суд просит RAW
В соответствии с определением суда у истца был истребован исходный файл.
Казалось бы, ситуация предельно простая.
Если заявитель утверждает, что является автором фотографии, а авторство оспаривается, у него появляется возможность предоставить суду один из наиболее очевидных видов доказательств – исходный файл фотографии.
Тем более что Пленум Верховного Суда прямо указал: необработанная фотография может свидетельствовать об авторстве конкретного лица.
Истец сообщил о наличии исходного файла в облачном хранилище Яндекс.Диск. И предоставил ссылку.
Но при переходе по ссылке открывается не сам файл, доступный для исследования, а его превью и сведения, отображаемые сервисом.
И здесь появляется интересная процессуальная конструкция:
суд истребует исходный файл → истец сообщает, что исходный файл существует → предоставляет ссылку на облако → проверить сам файл невозможно.
Акт 3. Ответчик обращается в ivebs за экспертизой
Ответчик обратился в ivebs для экспертного исследования представленных материалов.
Главный вопрос был сформулирован максимально конкретно:
можно ли на основании представленной истцом ссылки на Яндекс.Диск утверждать, что у него действительно имеется исходный файл цифровой фотокамеры?
В экспертном заключении был сделан вывод о том, что представленные посредством сервиса Яндекс.Диск сведения не позволяют провести исследование, достаточное для подтверждения статуса файла как исходного (оригинального) файла цифровой фотокамеры.
И это принципиально важный момент.
Речь не идет о том, что я объявил файл «поддельным».
Речь о том, что:
представленные материалы не позволяют провести исследование, необходимое для подтверждения заявленного истцом статуса файла.
Невозможность подтвердить оригинальность файла не означает автоматически, что файл сфальсифицирован. Но и наличие ссылки на облачное хранилище само по себе не превращает недоступный для исследования файл в доказанный оригинал.
Именно на это обратил внимание Андрей Королев, используя результаты экспертизы в позиции ответчика:
представленная истцом ссылка на облачное хранилище, равно как и размещенный там файл (недоступный для проверки), не может служить надлежащим, относимым и допустимым доказательством, подтверждающим оригинальность спорного файла или дату его создания, поскольку исходит от заинтересованной стороны и не дает возможности провести объективную проверку заявленных сведений.
Акт 4. Отказ в иске
В результате суд отказал Фортуне Технолоджис в удовлетворении иска.
И вот здесь особенно интересно посмотреть не на пересказ дела, а на то, почему именно суд пришел к такому выводу.
Суд указал, что представленный истцом файл не может быть проверен, и пришел к выводу о недоказанности авторства Толмачева С. в связи с непредставлением исходного файла.
Причем в судебном заседании сам Толмачев подтвердил, что не может предоставить первоисточник.
Это уже не вопрос технических нюансов.
Истец получил возможность подтвердить авторство именно тем доказательством, которое суд счел существенным, – и не смог этого сделать.
Но есть в решении еще одна фраза, на которую стоит обратить особое внимание.
Суд сослался на:
явное злоупотребление истцом предоставленными ему статьями 1258 и 1311 ГК РФ правами и указал, что в отсутствие доказательств доводы о размере компенсации подлежат отклонению.
Это существенно.
Потому что речь идет уже не просто о том, что истец «что-то не донес до суда». Суд дал оценку характеру реализации истцом своих прав.
Помогаем авторам получить справедливую компенсацию © Copydefend
Изначально Фортуна Технолоджис заявляла компенсацию в размере 36 621,20 ₽
В ходе рассмотрения дела сумма была снижена самим истцом до 10 000 ₽.
Если изначально автору обещается 25% от взысканной суммы, то при первоначальном требовании тот ожидал получить ≈9 000 ₽.
Но затем сам истец добровольно снижает требование до 10 тысяч.
В результате автор, если исходить из публично доступного договора, где указано о минимальной комиссии 1 600 ₽, должен был получить уже 900 ₽.
Потенциальная история для автора, сотрудничающего с Фортуной Технолоджис, выглядит примерно так:
Мы взыщем 36 тысяч, из которых 9 тысяч – Ваша справедливая компенсация!
А потом:
Мы сами снизили требования до 10 тысяч.
И в конце:
25% от 10 тысяч – это 2500. Комиссия 1600, поэтому вот ваши 900 ₽.
Привет, авторы!
Но самое интересное начинается, когда мы смотрим на противоположную сторону бухгалтерского уравнения.
Судебные расходы на представителя Фортуны Технолоджис в этом деле были заявлены в размере 49 000 (сорока девяти тысяч) ₽.
При выигрыше это выглядело бы так:
25% от 10 тысяч – это 2500. Комиссия 1600, поэтому вот ваши 900 ₽. Зато наш юрист заработал 49 000 ₽. Хотя бы скажет нам: «Спасибо»🤣
Без комментариев.
Финансовый итог для Фортуны Технолоджис
Таким образом, если ориентироваться на представленные в деле платежные документы, только заявленные расходы на представителя составили 49 000 ₽.
В попытке получить: 10 000 ₽.
Не пытайтесь искать здесь коммерческую логику.
Плюс государственная пошлина, тоже 10 000 ₽.
Результат – отказ в иске и потеря 59 000 ₽.
ФотоЭкспертиза. Можно было доказать авторство. Но зачем?
И здесь возникает, пожалуй, самый неприятный для истца вопрос.
Если для подтверждения оригинальности исходного файла существует техническая возможность провести полноценное исследование – почему вместо этого суду предлагается ссылка на облачное хранилище, по которой сам файл невозможно проверить?
Истцу было известно о существовании сервиса Фотоэкспертиза.
У него была возможность получить Протокол с доказательством авторства без предоставления самого файла кому-либо.
Но был выбран другой способ доказывания.
Не прокатило.
Наличие технической возможности доказать свою позицию и отказ от использования этой возможности – это значимое обстоятельство не только для данного дела.
Что из этого следует
Возможно, решение будет обжаловано. За развитием дела мы следим.
Но уже сейчас оно хорошо показывает одну простую закономерность.
Все начинается с базового утверждения:
Мы зафиксировали нарушение. Платите. Вот номера выигранных дел.
Но когда ответчик перестает воспринимать это утверждение как готовый приговор и начинает профессионально разбирать:
- происхождение изображения;
- законность приобретения лицензии;
- связь между заявленным автором и аккаунтом на фотостоке;
- дату появления изображения в сети;
- исходный файл;
- возможность технической проверки этого файла;
- применимость специальных правил расчетов;
- размер заявленной компенсации;
- судебные расходы,
картина иногда меняется радикально.
И вместо очередного «выигрышного дела» получается отказ в иске.
Отдельно – про Яндекс.Диск
Фортуна Технолоджис использует ссылки на Яндекс.Диск в своих судебных материалах.
Это само по себе, конечно, не делает файл, размещенный по этой ссылке, ненадлежащим доказательством.
Но если ссылка используется для подтверждения существования исходного файла, его оригинальности или даты создания, возникает принципиальный вопрос:
может ли другая сторона и суд объективно исследовать сам файл и проверить заявленные характеристики?
Если нет – это обстоятельство необходимо ставить перед судом.
Не «Яндекс.Диск плохой» или «облаку нельзя верить».
А значительно точнее:
представленные сведения не обеспечивают возможности объективной проверки того обстоятельства, которое истец пытается ими доказать.
И это уже нормальная процессуальная постановка вопроса.
При необходимости – обращайтесь за подготовкой экспертного заключения в ivebs.
И еще один важный вывод
Получили претензию – не спешите отвечать на нее самостоятельно.
Первый ответ часто определяет, каким будет весь дальнейший спор.
Если сразу указать на слабые места доказательственной базы, происхождение изображения, противоречия в датах, проблемы с авторством и другие обстоятельства, которые истец предпочитает не обсуждать, это иногда позволяет прекратить требования еще до суда.
В этом деле «Практика для практиков» обеспечила юридическую защиту, а экспертиза ivebs позволила технически исследовать один из ключевых элементов доказательственной базы.
Именно на стыке этих двух подходов – юридического и технического – иногда и появляется результат, которого невозможно получить одной только ссылкой на судебную практику.
Иногда грамотно подготовленного первого ответа достаточно, чтобы заявитель понял: перед ним не очередной ответчик, которого можно убедить одной ссылкой на судебную практику и требованием заплатить.
Специалист по интеллектуальному праву проверит авторство, происхождение изображения, доказательства его использования, расчет компенсации и другие обстоятельства, которые могут изменить перспективу спора.
Хороший ответ должен не просто возражать. Он должен дать заявителю понять, что его требования будут проверены по каждому пункту.
И иногда после такого ответа дальнейшая переписка становится совершенно не нужна.
И напоследок – о великом фотографе Толмачеве С.
Есть в этой истории еще одна деталь, которую невозможно оставить без внимания.
Copydefend неоднократно представляет Толмачева как известного фотографа и использует повышающий коэффициент 1,5, ссылаясь на его признанность.
А теперь просто посмотрите фрагмент из интервью Толмачева YouTube-каналу СтокАрбайтер.
Тот случай, когда добавлять ничего не нужно.
