Вы получаете претензию от серийного истца. К ней приложена ссылка на видеофиксацию, где якобы зафиксировано ваше нарушение: спорное изображение размещено на вашем сайте или в карточке товара. Всё выглядит убедительно: запись экрана, обновление страницы, переходы по ссылкам – создаётся полная иллюзия достоверного доказательства.
Но ключевой вопрос здесь не в наличии видеозаписи как таковой. Ключевой вопрос – кто именно формирует это доказательство.
В подавляющем большинстве случаев такую фиксацию осуществляет не нотариус и не иное независимое лицо, а сам заявитель – лицо, напрямую заинтересованное в исходе спора и размере взыскиваемой компенсации.
По существу это выглядит так, как если бы институт нотариального удостоверения в правосудии заменили простой формулой: «джентльменам верят на слово».
Именно эту презумпцию «поверьте нам на слово» серийные истцы и пытаются встроить в процесс через сервисы видеофиксации. Такие сервисы не фиксируют состояние сайта объективно. Они фиксируют лишь то, что отображается в браузере пользователя, ведущего запись.
А теперь – важный технический момент.
Современные браузерные инструменты позволяют за считанные секунды изменить визуальное содержимое любой веб-страницы исключительно на стороне записывающего, без какого-либо вмешательства в сам сайт. Достаточно нескольких строк кода – и на экране появляется изображение, которого на ресурсе никогда не было. Более того, при определённых сценариях оно будет сохраняться даже после обновления страницы, усиливая иллюзию «реального размещения».
Для всех остальных пользователей сайта ничего не изменится. Но если в этот момент заинтересованное лицо запишет экран через сервис видеофиксации, возникнет формально «убедительное» доказательство нарушения – и именно вам придётся объяснять, почему вы никогда не размещали этот контент.
Это не гипотетика и не «хакерство». Это базовые технические приёмы, давно находящиеся в открытом доступе.
Мы не утверждаем и не предполагаем, что кто-либо сознательно использует такие механизмы для фальсификации. Речь о другом: сама техническая возможность подобных манипуляций ставит под сомнение достаточность и процессуальную надёжность видеофиксации, произведённой заинтересованным лицом без независимого контроля.
Именно поэтому подобная запись не должна восприниматься как безусловное доказательство.
Если вы уверены, что спорное изображение никогда не использовали, вы вправе прямо ставить под сомнение:
- добросовестность заявителя;
- достоверность представленной фиксации;
- допустимость такого доказательства в отсутствие независимого удостоверения.
В условиях, когда технические средства позволяют имитировать размещение контента за считанные минуты, стандарт доказывания должен быть выше.
Таким стандартом является нотариальная фиксация.
Нотариус не просто делает запись экрана. Он выступает независимым процессуальным субъектом, несущим ответственность за объективность и достоверность совершаемого нотариального действия. Это принципиально иной уровень доказательственной силы.
Поэтому в подобных спорах разумная и юридически обоснованная позиция проста:
если истец утверждает, что нарушение имело место – пусть доказывает это не записью со своего ноутбука, а нотариально удостоверенными доказательствами.
Во всех иных случаях это уже не состязательный процесс, а ситуация, в которой одна сторона одновременно выступает заявителем, свидетелем и изготовителем доказательств.
А это – слишком опасная конструкция, чтобы принимать её на веру.
