Истец обжаловал решение суда первой инстанции, настаивая на взыскании компенсации в размере 50 000 руб. на основании лицензионного договора, стороной которого он сам являлся. Апелляционный суд подтвердил, что лицензионный договор между истцом и третьим лицом не может служить безусловным доказательством рыночной стоимости права использования, поскольку истец сам определял размер вознаграждения. Суд признал экспертное заключение, установившее рыночную стоимость 8 675 руб., надлежащим доказательством. Доводы истца о благотворительной деятельности и социальной значимости отклонены как не имеющие правового значения.